До первого слова: обучение начинается со звука

Языковой опыт начинается удивительно рано.

На поздних сроках беременности плод может слышать звуки извне. Речь доходит приглушённой, поэтому тонкие детали трудно различить, но более общие свойства — ритм, высота тона и интонация — сохраняются сравнительно хорошо. Поэтому новорождённые появляются на свет уже с некоторым опытом восприятия звуковых закономерностей и голосов, которые слышали до рождения. Исследования, например, обнаруживают раннюю чувствительность к голосу матери и к знакомым просодическим моделям.

Это не означает, что младенцы понимают язык ещё до рождения. На этом этапе они способны усваивать гораздо более базовые вещи: свойства звука, ритм и ощущение знакомости.

После рождения это обучение ускоряется.

Как младенцы настраиваются на языки вокруг себя

В первые месяцы жизни младенцы чувствительны к удивительно широкому спектру речевых различий, включая некоторые из тех, которые не важны в языке, звучащем вокруг них.

Примерно во второй половине первого года жизни это восприятие становится всё более специализированным. Младенцы обычно лучше настраиваются на различия, значимые в языке или языках, которые они регулярно слышат, а чувствительность к некоторым незнакомым различиям снижается.

Исследователи называют этот процесс перцептивным сужением.

Это важный пример того, как работает развитие: младенцы не просто рождаются с готовой языковой системой, ожидающей активации. Их способности к восприятию постоянно формируются под влиянием опыта.

Как найти закономерности в непрерывной речи

Есть и другая задача, которую младенцам нужно решить.

В устной речи нет пробелов между словами.

Когда вы читаете:

Ты хочешь своего плюшевого мишку?

пробелы делают границы слов очевидными. В обычной речи эти границы гораздо менее ясны.

И всё же в течение первого года жизни младенцы начинают обнаруживать повторяющиеся единицы внутри этого непрерывного потока.

Один из механизмов, который, по-видимому, помогает в этом, — статистическое обучение: чувствительность к закономерностям того, как звуки и слоги встречаются вместе.

В классических экспериментах восьмимесячные младенцы слушали непрерывные потоки незнакомых слогов без пауз, которые обозначали бы отдельные «слова». Уже после очень короткого знакомства они могли отличать последовательности, регулярно встречавшиеся вместе, от последовательностей, пересекавших искусственные границы слов. Более поздние исследования показали, что младенцы используют и множество других подсказок: ритм, ударение, знакомые звуки и особенности своего языка.

Таким образом, младенцы делают нечто гораздо более сложное, чем просто фиксируют всё, что слышат.

Они постепенно обнаруживают структуру внутри поступающего языкового материала.

От гуления к лепету

Развитие языка — это не только слушание. В течение первого года жизни младенцы всё активнее экспериментируют с произнесением собственных звуков.

Ранние голосовые игры часто включают звуки, похожие на гласные, и гуление. В последующие месяцы начинают появляться более речеподобные сочетания.

Примерно к середине первого года жизни многие младенцы переходят к тому, что исследователи называют каноническим лепетом, и произносят последовательности, похожие на слоги, например:

ба-ба-ба

да-да-да

ма-ма-ма

Точные сроки существенно различаются у разных детей, но канонический лепет часто появляется во второй половине первого года жизни.

Лепет — это ещё не обычная речь, и обычно он не несёт устойчивых значений, как слова. Но он даёт младенцам опыт координации дыхания, голоса, челюсти, губ и языка для создания всё более речеподобных моделей.

Важно, что на лепет также влияет языковой опыт. Со временем особенности детских вокализаций начинают отражать характеристики языков, которые дети слышат.

И развитие языка не ограничивается устной речью.

Дети, с рождения находящиеся в среде жестового языка, демонстрируют сопоставимую раннюю структурированную активность в мануальной модальности. Исследования глухих младенцев, осваивающих жестовый язык, описывают мануальный лепет: повторяющиеся движения рук, содержащие структурные свойства, характерные для жестовых языков.

Это даёт важный ключ к пониманию развития языка. Человеческий язык по своей сути не привязан к звуку. Развивающийся мозг может построить языковую систему из доступного, структурированного языкового материала в разных модальностях.

Первые слова

У многих детей узнаваемые первые слова появляются примерно к концу первого года жизни, хотя нормальные сроки могут значительно различаться.

Ранний словарный запас часто включает названия знакомых людей, предметов, повседневных действий, занятий и социальных формул:

мама

мяч

собака

пока-пока

ещё

на ручки

У таких слов есть несколько возможных преимуществ. Дети часто встречают многие из них, они называют то, что важно в повседневном взаимодействии, а их значения часто легче вывести из окружающей ситуации.

Но нет простой формулы, которая определяла бы, какое слово ребёнок выучит первым.

Частотность важна, но важны и контекст, произношение, взаимодействие, внимание и то, о чём обычно говорят окружающие ребёнка люди.

Слово — это больше, чем звук

Освоение слова требует решения сразу нескольких задач.

Ребёнку нужно заметить, что определённый звуковой паттерн образует полезную единицу, запомнить его, определить, к чему он, вероятно, относится, и постепенно понять, как его используют другие люди.

Такое сопоставление не всегда очевидно.

Представьте, что кто-то говорит:

Посмотри на дакс!

в то время как рядом одновременно есть несколько незнакомых объектов и происходит несколько незнакомых действий.

Что именно такое «дакс»?

Конкретный объект? Его цвет? Действие, которое кто-то выполняет? Часть объекта?

Дети снова и снова сталкиваются с вариантами этой задачи. Они используют многочисленные источники информации — ситуацию, предыдущий опыт, социальные сигналы и закономерности в окружающей речи, — чтобы сузить круг возможных значений.

Поэтому освоение слова обычно не сводится к единственной попытке прикрепить ярлык к объекту. Знание становится богаче благодаря повторным встречам.

Правда ли, что словарный запас внезапно «взрывается»?

Одно из известных описаний раннего языкового развития — словарный скачок, или словарный взрыв.

После того как малыши начинают произносить сравнительно небольшое количество слов, многие из них на втором году жизни действительно начинают добавлять новые слова всё быстрее.

Но простая учебниковая история — медленное обучение, за которым примерно в 18 месяцев следует внезапный универсальный взрыв, — слишком гладкая.

Исследования выявляют значительную вариативность. У одних детей наблюдается выраженное ускорение, у других — куда более плавная кривая, и исследователи не согласны с тем, что отдельный словарный скачок является универсальным этапом развития.

Также нет веских оснований объяснять это изменение одним внезапным осознанием, что «у всего есть название».

Одновременно развиваются несколько способностей. Дети знают больше слов, лучше понимают коммуникацию, точнее выявляют закономерности, лучше запоминают формы слов и могут использовать уже имеющиеся знания, чтобы интерпретировать новую речь.

В результате формируется система обучения, которая всё лучше учится на собственных накопленных знаниях.

От слов к сочетаниям

В какой-то момент на втором году жизни многие дети начинают сочетать слова:

Папа идёт

Ещё молока

Большая собака

Эти ранние сочетания часто короткие, но они уже выражают отношения между идеями: предмет и его свойство, действующее лицо и действие, действие и его объект.

В исследованиях развития английского языка у детей этот этап традиционно называли телеграфной речью, потому что дети часто пропускают артикли, вспомогательные глаголы и другие грамматические элементы.

Но языки организуют грамматику очень по-разному, поэтому не существует единого универсального шаблона из двух слов, которому следует каждый ребёнок.

Межъязыковые исследования показывают, что дети удивительно рано становятся чувствительны к конкретным структурам языка, который осваивают. Что развивается первым и как выглядят ранние высказывания, частично зависит от грамматической системы, доступной в речевом окружении ребёнка.

Общая закономерность сохраняется: словарь и грамматика всё активнее начинают работать вместе, позволяя детям выражать более сложные значения.

Когда ошибки показывают обучение

Некоторые из самых интересных свидетельств грамматического развития дают детские ошибки.

Ребёнок, осваивающий английский, который раньше правильно говорил форму went, позднее может начать говорить:

goed

Похожим образом:

feet → foots

mice → mouses

Такие ошибки называют сверхрегуляризациями.

Они интересны тем, что формы вроде goed обычно не приходят напрямую из речи взрослых. Ребёнок обнаружил продуктивную закономерность — например, что глаголы в прошедшем времени в английском часто оканчиваются на -ed, — и распространил её на слово, к которому она не применима.

Это не значит, что дети открывают грамматику как аккуратный набор осознанных правил. По-видимому, изучение языка включает взаимодействие выученных примеров, повторяющихся закономерностей, обобщения, памяти и структуры самого языка.

Но ошибки вроде goed показывают нечто важное:

дети могут производить языковые формы, которым их никогда просто не учили и которые не просили заучивать.

Они обобщают опыт, который получили.

Разные языки формируют разные пути развития

Во всём мире дети сталкиваются с похожими широкими задачами: обнаруживать полезные единицы, связывать формы со значениями, выявлять повторяющиеся закономерности и со временем производить всё более сложную речь.

Но детали сильно зависят от того, какой язык осваивается.

Возьмём существительные и глаголы.

Дети, осваивающие английский, часто рано проявляют сильное предпочтение существительным. Когда-то это иногда считали почти универсальным свойством развития словарного запаса.

Межъязыковые данные сделали картину интереснее.

Недавний систематический обзор обнаружил общее преимущество существительных во многих языках, но также значительную вариативность между языками и культурами. Более ранние работы находили меньшее преимущество существительных или его отсутствие в таких языках, как корейский и мандаринский китайский.

Похожая вариативность встречается и в грамматике.

Ребёнок, осваивающий английский, должен стать очень чувствительным к порядку слов и конструкциям со вспомогательными глаголами. Ребёнок, осваивающий испанский, получает гораздо более богатую информацию через глагольные окончания и грамматический род. Другие языки маркируют отношения с помощью падежей, частиц, тонов, классификаторов или структур, которых в английском вообще нет.

Дети не следуют одной фиксированной грамматической дорожной карте.

Они решают общую человеческую задачу, опираясь на данные, которые дают очень разные языковые среды.

Развитие языка — система, а не список пунктов

Есть соблазн описать усвоение языка ребёнком так:

звуки → лепет → слова → фразы из двух слов → грамматика

Такой ориентир полезен в общих чертах, но реальное развитие менее упорядочено.

Слушание, восприятие речи, жесты, словарь, социальное взаимодействие, производство звуков и грамматика пересекаются и влияют друг на друга. Дети также существенно различаются по срокам появления конкретных способностей и по скорости их развития.

Поэтому этап развития описывает то, что часто происходит в определённый период. Это не крайний срок и не точное расписание, которому следует каждый ребёнок.

Что ещё важнее, развитие языка накапливается постепенно.

Освоение одних звуковых закономерностей облегчает распознавание знакомых слов. Знание слов даёт подсказки о структуре предложений. Понимание большего числа предложений создаёт возможности для изучения новых слов. Взаимодействие придаёт смысл закономерностям, которые иначе оставались бы просто звуками.

Каждый новый фрагмент знания меняет то, чему ребёнок может научиться дальше.

Что из этого полезно взрослым изучающим язык?

Развитие языка у младенцев нельзя напрямую превратить в программу обучения для взрослых. У взрослых иначе работает мозг; у них уже есть один или несколько языков, знания о мире, цели, учебная среда и когнитивные стратегии.

И всё же процесс развития подсказывает несколько полезных принципов.

Осваивайте звуковую систему. Слушание важно не потому, что взрослым нужно месяцами молча впитывать язык, а потому, что распознавание его звуков, ритма, частых слов и повторяющихся закономерностей помогает обрабатывать его эффективно.

Ищите закономерности, а не только переводы. Знать, что слово что-то означает, полезно. Но замечать, что обычно стоит перед ним и после него, как оно меняется и в каких ситуациях появляется, — значит получать гораздо больше самого языка.

Ожидайте, что знания будут развиваться постепенно. Узнать слово при восприятии, понять его в контексте, вспомнить его и свободно использовать — не обязательно одно и то же событие.

Используйте язык, пока система ещё неполна. Дети общаются задолго до того, как их грамматика становится завершённой. Взрослым тоже не нужно ждать идеального знания. Говорение, письмо, слушание, чтение, обратная связь и целенаправленное обучение могут развиваться параллельно.

Пожалуй, самый интересный урок не в том, что взрослым следует подражать младенцам.

А в том, что знание языка строится из взаимосвязанного опыта.

Звуки становятся закономерностями. Закономерности становятся знакомыми словами. Слова становятся частью более крупных структур. И каждый новый фрагмент знания помогает изучающему язык лучше понимать то, что появится дальше.

Со стороны этот процесс кажется лёгким.

Но внутри происходит невероятный объём обучения.